Bauma China 2024

Международные выставки такого уровня — это прежде всего место встречи профессионалов разных отраслей промышленности. В зоне моих интересов — транспортировка, складирование и перевалка насыпных грузов, а именно такое оборудование, как стакеры и реклаймеры. В каждой добывающей стране существует не больше 3–4 компаний, проектирующих и производящих сложные машины для складов сыпучих материалов. Более того, это всегда конкретные люди, которые увлечённо занимаются своим любимым делом, и на каждой профильной выставке встречаешь одних и тех же специалистов, что крайне приятно. Люди порой меняют место работы, но остаются в зоне своей компетенции.

Конечно, объять необъятное невозможно, и каждая компания специализируется на своём: одни делают скребковые кратцер-краны, другие — роторные реклаймеры, третьи — барабанные усреднители или большие стакеры, а есть интеграторы, которые собирают всё в общий инжиниринг и EPC-поставки. Все друг друга знают, общаются по мере возможности, читают научные статьи и доклады на конференциях друг друга на разных языках. Именно конкретные люди и создают то, что называется будущим индустрии. Не буду скромничать, вот сейчас подумал, что наша команда уже сделала достаточно много разных видов и, наверное, мы обогнали некоторых европейцев по разновидностям, в нашей копилке уже есть и портальный реклаймер для карбамида, и полупортальные (кратце-краны) для минеральных удобрений, и поворотный с боковым реклаймером, а также сейчас реализуем огромный комплекс из 3-х мостовых стакеров и 3-х мостовых усреднителей экскаваторного типа.

Выставка впечатляла масштабом: огромные павильоны, заполненные техникой. Но если присмотреться, это была выставка китайской техники для китайского рынка, что логично. Bauma оказалась не тем местом, где можно было встретить коллег по цеху из Европы, как минимум. Я надеялся завести знакомства с американскими и японскими производителями сложных машин — у них очень интересные решения и конструкции, особенно меня интересовали японские судоразгрузочные машины. Но мои мечты не оправдались. Вместо них — краны —  невероятные, гигантские, которые «достают до луны», карьерные самосвалы, экскаваторы, бульдозеры. Классических поставщиков оборудования для складов сыпучих материалов, которые, например, на немецкой выставке всегда были представлены, здесь не оказалось. Ну что ж, мир меняется — увидимся и познакомимся в следующий раз.

Кстати, на выставке я использовал один удобный лайфхак: фотографировался на стендах и тут же отправлял фото в WeChat представителям компаний. Они моментально присылали все свои каталоги и презентации. Это очень удобно — не нужно таскать с собой кипы бумаг и потом гадать, кто и что предлагает. Всё сразу в телефоне, структурированно, с контактами и оперативной обратной связью. Но есть у этого лайфхака один побочный эффект, вам будут приходить открытки с поздравлениями по всем праздникам)))

У меня были запланированы встречи на выставке с китайскими партнёрами, а дальше — командировки на некоторые их заводы. В сумме я объехал 20 производств и технологических кластеров, которые делают стакеры и реклаймеры, конвейеры, а также крановые заводы. После этого мы с командой изучали заводы по производству компонентов: цепи, опорно-поворотные подшипники, гидросистемы и прочие изделия. Крупные компании — наши клиенты — уже открыли в Шанхае офисы и тоже занимаются сотрудничеством с разного рода поставщиками — от отдельных компонентов до полных производственных линий.

Масштаб, стандарты и русская инженерная школа

Китайские заводы впечатляют масштабом. Огромные цеха, многорядные крановые линии, поток металла. Здесь умеют делать быстро, дёшево и в больших объёмах. Я долго размышлял над тем, как им удаётся поддерживать такой темп и цены на оборудование.

В какой-то момент я понял: секрет в экономике масштаба, а родилось это из того, что Китай переваливает около 50–55% мирового угля. Это колоссальные объёмы, под которые десятилетиями создавались стакеры, реклаймеры, конвейеры, судопогрузочные машины — всё под один и тот же материал. В одном крупном проектном институте, который проектирует угольные склады для электростанций, я спросил, почему они используют склады с радиальным стакер-реклаймером (расчёт нагрузок, которого на фото выше). Ответ был прост: «Это стандартное решение, разработанное ранее». У нас таких складов на такую производительность в принципе нет. Радиальные стакер-реклаймеры в России применяются на цементных заводах и на целлюлозно-бумажных комбинатах — на складах древесной щепы. Если кто-то видел их в России на других материалах — напишите мне, пожалуйста.

Далее, разговаривая с технической дирекцией заводов-производителей, мы спрашивали уже чуть глубже — про конструктивные особенности машин: «Почему этот узел сделан именно так?» — и слышали опять знакомый ответ: «Это стандартное решение».

Стандартные решения — это хорошо. Но есть один нюанс: технические решения, которые хорошо работают на угле, не подходят для минеральных удобрений, например. А Россия — один из крупнейших игроков на этом рынке: мы экспортируем около 30–35% мировых удобрений и пропускаем через себя ещё 10–12% из дружественных стран. Удобрения — это агрессивные среды, коррозия, специальные материалы, уплотнения, иные конструктивные решения. И, например, химостойкое лакокрасочное покрытие составляет порой до 15–18% себестоимости оборудования. И здесь стандартные китайские решения, отработанные на угле, уже не работают. Нужна другая инженерия, другой подход.

Я это всё к чему говорю: на старте тендера нам говорят, что Китай дешевле в два раза. Но как только требования начинают сравниваться, детали уточняются, конструкции прорабатываются — цены китайских производителей начинают расти как на дрожжах и становятся выше наших отечественных. Но не все тендеры проходят через жёсткий технический отбор — порой в первом туре берут самого дешёвого, а дальше уже проблемы механиков. KPI коммерсанты выполнили (коммерсанты, без негатива).

На заводах в Китае мы проводили аудит: изучали качество инжиниринга, входной контроль, стадии производства, покраску, упаковку, лаборатории, отчёты ультразвукового и рентгенографического контроля сварных швов. После всех аудитов мы, конечно же, прошли опыт размещения некоторых деталей на китайских производствах и встречали много коллег по цеху, которые также проектируют у себя, а производят в Китае. Это нормальная практика, тут нет ничего плохого. Но в таком подходе мы выявили одну зависимость: китайцы могут делать строго по высоким требованиям качества только под тотальным контролем сервис-инженеров покупателя. Если вы не следите за процессом — вы получаете то, что стоит ваших денег, но не то, что привыкли получать от отечественного производителя. Разъезжая по заводам, я встречал много сервис-инженеров из России, которые живут там вахтами и следят за каждым этапом производства. Как говорится, чудес не бывает — авторский надзор тут должен быть очень серьёзным и системным, чаепитиями не отделаешься.

Сделаю поправку: это сугубо моё личное мнение, основанное на том, что я увидел за несколько лет сотрудничества. Китайцы, конечно, всё это сами знают и понимают. Они с удовольствием разглядывали наши решения и много спрашивали, а также с уважением относятся к нашей инженерной школе — мы даже получали предложения о работе в их компании после переговоров и по возвращении на родину. Это было приятно, и мы считаем это положительной оценкой нашей работы.

Они помнят советских инженеров, которые помогали строить их промышленность, и сегодня видят в нас продолжателей этой традиции. Но у них свой путь: прагматичный, стандартизированный, ориентированный на объём. У нас — другой. Мы не ищем «проще», мы ищем «надёжнее». Потому что все мы знаем: отечественная эксплуатация сурова и беспощадна, особенно когда в конце месяца, а ещё лучше в пятницу вечером, нужно «чуть-чуть дотянуть» до плана. И оборудование не имеет права подвести.

Я сам из семьи, где отец был механиком на заводе. Знаю, что такое плановый останов, и мы вместе с отцом долгое время работали вместе — возвращались глубокими ночами с ремонтов, а то и ночевали на заводе в цехах на лежанках, чтобы утром снова начать. Это нормально, это наш менталитет. Как шутили иностранцы: в Америке говорят «сделай или умри», а в России — «сдохни, но сделай». Даже смерть не является уважительной причиной не доделать дело. Интересное наблюдение, но почему-то оно мне нравится.

И это не про пафос. Это про ответственность, которая рождается из традиции русской инженерной школы: глубокое погружение в задачу, индивидуальный подход и понимание того, что оборудование будет работать десятилетиями в самых жёстких условиях. Китайские производители, особенно крупные государственные холдинги, вероятно, тоже могут делать с индивидуальным подходом. Но их подход — это стандартизация и унификация. Наш подход — сначала индивидуальное решение под задачу, а уже потом масштабирование.

И это принципиальная разница. И китайский, и русский, и европейский подход — он не плохой и не хороший. Он просто такой, какой есть. Так, долгое время европейское оборудование адаптировалось под наши требования — так же, как и автопром под русские дороги, политые реагентами, и большие баки, и два комплекта резины. К примеру, если вы сейчас привезёте европейскую машину, сделанную в Китае, вы удивитесь, что комплектации совершенно иные, так как требования китайского рынка иные. Это путь, который пройдём и мы с китайским оборудованием. Но тут вопрос: мы согласимся с их стандартными решениями или они примут нашу позицию по индивидуальному подходу и глубокой инженерной проработке? Время покажет. Но я в команде воспитываю культуру «надеяться только на себя» и на локальное производство, и чёткие глубокие инженерные знания, и проверенные клиентом технические решения. Каждая наша машина уникальна и максимально адаптирована под клиента, чтобы обеспечить его высокие требования надёжности, что, конечно, делает наше оборудование с тезисом: «долго, дорого, надёжно», как бы это ни звучало странно для менеджеров по закупкам. 

Интернет, Диснейленд и Сергей из ларька

Командировку в другую страну мы называем промышленным туризмом. Поэтому, помимо заводов и переговоров, всегда стараемся увидеть город, почувствовать его ритм и людей, сервисы и образ жизни, особенно то, как они придумали решения каких-то городских проблем. Я тот руководитель, который адекватно разделяет рабочую занятость и свободное время в командировках, если есть возможность в выходной куда-то съездить и посмотреть, то на свои деньги без проблем, но есть одно у меня правило, мы договариваемся и стартуем все вместе, ответственность за коллектив она и в Африке ответственность.

Начну с того, что китайский интернет — это отдельный мир со своими правилами, который по аналогии с «Великой китайской стеной» называют «Великим китайским файрволом». Попасть на привычные сайты, соцсети, мессенджеры практически невозможно без специальных приложений для обхода, которые нужно установить до прилёта, как и купить сим-карту в аэропорту или сделать международную eSIM. Хотя и все эти меры не гарантируют стабильной работы.

У китайцев — своя экосистема. WeChat — это не просто мессенджер, а целая жизнь: документы, оплаты, соцсети, рабочие чатики, СМИ, сервисы, магазины — всё в одном месте. Всё завязано на WeChat и всеми авторизованными сервисами такого рода — ГосЖилПромСоциалБизнесУслугами. Чтобы его установить иноземцу, нужна проверка и приглашение от китайского аккаунта. Один аккаунт может пригласить не больше трёх человек в сутки. Так они защищают свою систему. Поэтому у многих китайцев — два телефона. Один — для Китая, с WeChat и всем остальным. Второй — с сервисами обхода, чтобы работать с внешним миром. 

Метро в Шанхае удивило. Билет нужно покупать от конкретной станции до конкретной станции. Терминалы бывают неработающими, очереди большие, особенно в случае с выставкой. А также каждую сумку, каждый пакет проверяют на входе в метро — и это не выборочно, а каждого человека. Толпа идёт спокойно, без паники, без суеты. Все привыкли.

Китайцы — очень добрые и спокойные люди. Нас встречали с улыбкой везде: на заводах, в ресторанах, на улице. Если мы блудили — помогали. В ресторанах объясняли до последнего, пока мы не поймём. Китайцы по-доброму вспоминали Советский Союз. Мы поняли, что в их семьях это передаётся: Советский Союз и Россия — друзья. Но при этом они доброжелательны к каждому народу мира и открыты к сотрудничеству — это тоже надо понимать. Ну а себя они любят так же, как и каждый другой народ.

И, конечно, знаменитый китайский прикол: они дают себе два имени — сложное китайское, которое нам не выговорить, и второе — для иностранцев. Мы каждый вечер покупали фрукты и перекусы в маленьком ларьке у отеля. Познакомились с продавцом, спросили, как его зовут. Он сказал своё сложное имя. Мы сказали: «Очень созвучно с русским Сергей». Он засмеялся и стал для нас Сергеем.

Сколько я купил у «Сергея» китайских жвачек и конфет для детей — даже не считал. Наверное, полчемодана. Дочка потом ходила в школу и угощала одноклассников жвачками с какими-то невиданными для нас вкусами с фразой «папа с Китая привёз». Это напомнило мне девяностые, когда мама ездила торговать в Польшу и привозила сникерс. Когда друзья приходили в гости, она резала его на разделочной доске, чтобы все попробовали. Мы растягивали удовольствие, а упаковку надували и приклеивали на стену к уже другим приклеенным фантикам. Забавно, но к таким вещам ничего не меняется — ну или просто у меня так было.

Отдельная история — китайская еда. В каждом регионе кухня своя, но во многих местах я пробовал традиционную жирную свинину, нарезанную кубиками и тушёную в сладком соусе — она пришлась мне по вкусу. Из экзотики — лягушки, которые оказались вполне съедобными, и очень вкусные котлеты из креветок. 

Я рыбак и люблю рыбу, и здесь её приносили порой целиком, очень крупную, сочную и ароматную. Почти вся еда показалась мне слегка острой, хотя, если знать, как заказывать, можно найти и не острые варианты. 

Особенно запомнился формат застолий за круглыми столами с вращающейся серединой — так называемой «ленивой Сьюзен» (по-китайски 餐桌转盘). На этом «барабане» крутятся тарелки с разными блюдами, и каждый гость может взять то, что хочет, не передавая тарелки по кругу. Это не просто удобно, но и символично: круглый стол делает всех равными, без «главного» места, что идеально отражает китайскую культуру общения за едой.

Из напитков — пиво, которое здесь напоминает воду крепостью около 3%. А настоящий китайский алкоголь — это байцзю (白酒), крепкий напиток на основе зерна. Например, знаменитый Маотай может быть крепостью от 40 до 60 градусов. Местные говорят, что качественный байцзю не вызывает похмелья, но вкус у него специфический — оценить могут не все.

Запомнился и ритуал окончания ужина. Во-первых, если приносят фрукты, это уже знак, что посиделок заканчивается, ну а в конце тот, кто пригласил, встаёт, произносит последний тост, все выпивают — и после этого за стол уже не садятся. Такая китайская традиция, которая ставит чёткую точку в трапезе. 

Конечно, мы не могли уехать, не увидев Шанхай. Посетили старый город — бывший центр древнего Шанхая. Когда-то он был обнесён стеной, построенной в 1554 году для защиты от пиратов. Сейчас от стены остались только два фрагмента, а на её месте проложены кольцевые дороги. Мы гуляли по узким улочкам, видели старые храмы, парки. Атмосфера старого Китая чувствуется здесь особенно остро.  

В один из выходных мы поехали в шанхайский Диснейленд. Это оказалось не просто развлечением, а настоящим погружением в сказку. Самый большой замок Диснея в мире — он виден отовсюду и впечатляет даже на подходе. Мы попали на уникальный аттракцион Tron — горку в стиле гонок на световых мотоциклах, которая есть только в Шанхае: старт на скорости, наклонные виражи, ощущение полёта — это было невероятно. Также зашли в «Пиратов Карибского моря» — там используется технология гигантских голографических экранов, создающих полное погружение в историю. А на обратном пути, уже в сумерках, застали ночное шоу на главной площади с дронами, которые выстраивались в фигуры персонажей, сменяя друг друга под музыку. Мы пришли в полдень и ушли под самое закрытие, после церемонии прощания. Мы были в полном восторге как дети.

Вечером, прогулявшись по пешеходной улице с бутиками и мерцающей рекламой и толпами людей, забавной молодёжью, которая косплеит каких-то героев аниме, попали на какую-то презентацию автомобилей.

Там стояла Tesla Cybertruck — впечатления, конечно, не произвела эта угловатая машина из нержавейки, чем-то напоминающая стиль машины Делориан из фильма «Назад в будущее», до Нивы ей, конечно, еще до нашей далековато.

Конечно же, протиснулись на набережную Вайтань и смотрели на знаменитую башню «Жемчужина Востока» — ту самую, с шарами. Силуэт Шанхая в огнях — это, пожалуй, один из самых узнаваемых городских пейзажей в мире. Встретил там даже своих клиентов))

Рано утром в последний день перед поздним вылетом мы с парнями решили, что нужно сгонять на рынок подделок и просто посмотреть, что это такое. Станция метро — Shanghai Science and Technology Museum (музей науки и технологий), ветка 2. Не выходя на улицу, все переходы и площади заполнены небольшими магазинчиками, в которых есть все товары на свете. Сразу же на входе меня подозвал китаец, начиная разговор с русского: «Привет, товарищ» — и начал по женскому пеньюару водить огнём от зажигалки, показывая, что это настоящий шёлк. Мне сразу вспомнилось, как в конце девяностых мы ездили с родителями на городской рынок, где продавец тоже поджигал зажигалкой, но только кожаную куртку. В общем, накупили разного барахла, подарков, сувениров, чая. Ну и, конечно же, купили по чемодану себе, чтобы всё это барахло увезти. Рано утром был вылет, поэтому чемодан как раз пригодился. 

Подытожим

Эта командировка не принесла новых европейских, американских и японских знакомств из мира производителей стакеров и реклаймеров, но она дала гораздо больше: понимание того, как устроен китайский рынок, какие тренды в производстве, с какими вызовами сталкивается инженер, размещающий там заказы. 20 заводов, новые контакты, сотни наблюдений, которые помогут и быть конкурентноспособнее. Конечно же, она вдохновила нас, простых парней из деревень, собравшихся в Вологде, которые взяли и стали центром компетенции по реклаймерам и в целом технологий складирования, которых высоко оценили китайские инженеры.

PS
Жвачки мы ели очень долго потом еще)))